Жанр: Электронное издание
badenter]
... милицию, - согласился Родион, выпрямляясь. - Думаю, им будет на
что посмотреть.
- Повторяю, я никогда раньше не видел Вильгельма, и этой ночью находился в
двадцати километрах, не менее, от его дома, - в который раз повторял Родион
лысому следователю.
- Брат потерпевшего утверждает, что он провел ночь с Бруно Ковальским, а не
с вами, судя по документам, Родионом Лобовым.
- У этого брата мозги не на месте. Как, впрочем, и некоторые другие органы,
- возразил Родион.
- Однако вы приехали в город, чтобы встретиться с потерпевшим?
- Он тогда еще не был потерпевшим, а всего лишь подписал заключение о
смерти Валентина Семеновича. Там говорилось, что произошло самоубийство. Я был
уверен, что суицидом и не пахло. И теперь - вот доказательство, - Родион сделал
рукой широкий жест.
- Где доказательство? - осторожно переспросил следователь.
От следователя пахло лосьоном для бритья, зубной пастой и застарелым
табачным дымом. Сам он, вроде бы, не курил, наверное просто подолгу сидел в
прокуренном помещении.
- Ремешок, который убитый сжимал в кулаке. Я знаю, откуда он.
Следователь посмотрел вопросительно.
- Есть такие небольшие мужские сумочки, последнее время они снова вошли в
моду. Для документов, денег и всякой мелочи. Их носят, накинув на запястье
ремешок. Именно такой ремешок. Значит, он держал "визитку" в руках, пока кто-то
у него ее силой не вырвал. Наверное, после того, как всадил ему стрелу в голову.
- Вы видели такую сумочку у потерпевшего?
- Да я и самого потерпевшего, этого Вильгельма, при жизни ни разу не видел.
- Тогда почему вы утверждаете, что у него была эта, как ее, "визитка"?
- Наверное, мне лучше начать с самого начала, - предложил Родион.
Следователь кивнул.
- Некоторое время назад тут у вас, неподалеку, в лесополосе, - Родион
умышленно употребил последнее слово, чтобы не выглядеть романтиком,
рассказывающим сказки, - был обнаружен неопознанный труп. По заключению
специалиста, а конкретно - Вильгельма, причиной смерти явилось самоубийство. А
спустя сколько-то дней неподалеку от того места, где был обнаружен висельник, -
Род смутился, так как слово "висельник" явно позабавило следователя. - Так вот,
неподалеку был найден автомобиль. Установив владельца "Форд Эскорта", связались
с его женой. Она-то и опознала в человеке, покончившим с собой, своего мужа.
Кажется, я ничего не упустил?
- Продолжайте.
- Возникают два вопроса...
- Всего-то навсего? - вдруг улыбнулся следователь.
Родиону показалось, что его не воспринимают серьезно. Впрочем, это беда
всех профессионалов, когда кто-то из посторонних пытается выполнять их работу.
- Да, пока что всего два вопроса, - твердо ответил Род. - Во-первых, почему
Вильгельм не сообщил жене висельника, - теперь уже он сознательно употребил это
слово, - что тот является Валентином Семеновичем, а попросту, его приятелем еще
с юношеских лет, и у которого не далее как нынешним летом он, Вильгельм, гостил
вместе со своим братом Александром.
- Вот именно, что же он ничего не сказал? - добродушно переспросил
следователь.
- Не забывайте, труп лежал в морге пару недель вовсе неопознанным.
- Безобразие, - лысый покачал головой. - А какой второй вопрос?
- Куда делись документы и деньги Валентина Семеновича, которые он хранил, я
знаю, вот в такой маленькой сумочке с ремешком?
- И это все?
- Разве - мало?
- Ну, если пошел такой консилиум, - следователь веселился от души, -
Попробую вам возразить, коллега. Вы ведь тоже частный сыщик, как и второй
свидетель? - следователь махнул рукой в сторону коридора, где ожидал своей
очереди Юрасов.
- Не имею чести, - отрезал Родион.
- А как же ваше удостоверение?
- Охрана пунктов обмена валюты, - пояснил Род.
- Вот ведь Россия, нелепая страна, - следователь подмигнул.
- Живи вы в Лондоне, где-нибудь на Бейкер-стрит... Или на худой конец
окажись старушкой-провинциалкой в той же Великобритании...
- Намеки на Конан Дойля и Агату Кристи неуместны... - Родион гордо
выпрямился, сидя на казенном стуле.
- Полагаете? Ну, тогда беру свои слова обратно. Что же касается двух
вопросов... Начну со второго. Осмотр трупа на месте его обнаружения проводил я,
лично, в присутствии понятых и с участием судебно-медицинского эксперта. Никакой
сумочки с деньгами там не было. Кстати, и Вильгельма Ивановича там тоже не было.
Наш сумедэксперт - вчера только со студенческой скамьи. Но парень башковитый...
Это - ответ на ваш другой вопрос. Первым осматривал труп судмэдэксперт, он и
подписывал протокол. А вскрытие, которое проводил Вильгельм Иванович, лишь
подтвердило, что характер повреждений, в результате которого наступила смерть
вышеозначенного лица, свидетельствуют, что мы имеем дело с самоубийством.
Поэтому, ввиду отсутствия события преступления, уголовное дело не могло быть
возбуждено. А вот почему патологоанатом не сообщил жене погибшего, чей труп он
вскрывал... Может, какие-нибудь чисто этические причины ему помешали?
- Но ведь документы пропали, у Вильгельма в черепе находится совершенно
посторонний предмет, а Бруно Ковальский...
- Наконец-то, - следователь всплеснул руками. - А я все сижу и жду, когда
мы наконец подойдем к Бруно Ковальскому, куда он пропал и почему вы и этот
юноша, брат убитого, провели ночь в чужом доме?
- Мне представляется, все выглядело так, - Родион решил не обращать
внимания на насмешливое выражение лица у собеседника. - Когда Вильгельм с братом
гостили у Валентина Семеновича, то рассказали ему о том, что Бруно Ковальский
зарабатывает неплохие деньги на своем, мягко скажем, экзотическом бизнесе, а
патологоанатом ему помогает, поставляя, опять скажем уклончиво, сырье. Валентин
Семенович решил прибрать дело к рукам и вложил в торговлю всеми этими
кошмариками деньги. Но то ли другие дела не пошли, то ли Валентин надеялся на
быструю прибыль, только он оказался в долгах. Поэтому и приехал сюда, чтобы
потребовать кредит с Бруно Ковальского. Но вместо этого получил веревку на шею,
причем, полагаю, патологоанатому не составляло большого труда обставить убийство
так, чтобы молодой судебно-медицинский эксперт, как вы сами сказали, только что
со студенческой скамьи, принял это за суицид.
- Очень интересно, - следователь покачал головой.
- Мотив ясен, - продолжал Род. - Бруно не хотел или не мог вернуть деньги.
Для Вильгельма приработок, который он имел, переправляя Бруно различные органы,
которые отрезал у несчастных мертвецов, оказался важнее старинной дружбы.
- Да, деньги портят людей, - следователь покачал головой. - А документы в
сумочке, вы полагаете, они куда дели? - и следователь с любопытством посмотрел
на Родиона.
- Документы понадобились Бруно. Думаю, он одурачил не одного Валентина
Семеновича и теперь не прочь сменить образ, так сказать.
- Ну-ка, поясните, - приказал следователь, теперь уже без намека на улыбку.
- Я же провел целую ночь в его лавочке, - небрежно заметил Родион. - Думаю,
там все рассчитано на показуху. Кое-кто мог вложить деньги, решив, что это
выгодно.
- Значит, Бруно решил стать Валентином? - следователь снова развеселился.
- Вот именно. Среди вещей, которые выдали жене, есть кольцо желтого металла
с красным камнем. Бруно носил рубин в золоте, никогда с ним не расставался.
- Ну и... - следователь посмотрел на Родиона.
- Бруно специально надел свое кольцо на покойника. Не удивлюсь, если он сам
нанял частного сыщика, дав ему главную примету - кольцо. И если бы не брошенная
машина, частный сыщик решил бы, что отыскал Бруно, а жена продолжала бы ждать
мужа домой.
- Замечательная версия, - следователь хлопнул ладонью по столу. - Просто
великолепная. Значит, вы полагаете, жена опознала своего мужа, которого убили?
Ей станет от этого легче, верно? Если человек кончает собой, близкие всегда
чувствуют себя виноватыми.
- А если вы проведете эксгумацию и повторную экспертизу, то установите, что
Валентина Семеновича убили.
- Непременно. Завтра же проведу. Как я сам до этого не додумался?
- Жена ведь не стала перевозить труп, похоронила где-то на местном
кладбище.
- Тогда вообще все выглядит проще простого. Надеюсь, не откажетесь
присутствовать при исследовании трупа...
- Вообще-то...
- Прошу, не отказывайтесь, - следователь воздел руки. - Ведь вы так
блестяще раскрыли это преступление. Осталось только добавить, почему убит
Вильгельм?
- То ли не поделили что-то с Бруно, то ли Ковальский решил убрать
свидетеля. Они боролись - вот почему в кулаке у убитого зажат оторванный
ремешок. А когда Бруно схватил арбалет...
- Довольно экзотическое оружие, не находите?
- В том доме много экзотического оружия. Покойный, судя по всему,
коллекционировал.
- Ну ничто, просто ничто от вас не укроется! - воскликнул следователь. - А
у меня в производстве два случая хулиганства, одно ограбление, изнасилование, да
еще в дачном поселке ветеранов войны и труда кто-то взламывает замки. Штаты не
укомплектованы, людей не хватает. Не могли бы сейчас по-быстренькому раскрыть и
эти дела? А еще назвать виновника взрывов в московских троллейбусах? Очень уж
премию в миллион баксов получить хочется, которую мэр обещал...
- Завтра утром мне надо быть у следователя, - сообщил Родион, когда они
втроем собрались возле автомобиля частного сыщика.
- Ты уверен, что состоится эксгумация? - недоверчиво поинтересовался
мужичок.
- Уверен. Хотя, мне кажется, этот мент решил раскопать могилу вовсе не на
основании моей версии, - Род выглядел обиженным. - У него свое на уме.
- Это очень опасно. - произнес Сашка. - Могилы нельзя раскапывать без
соответствующих знаний. А уж могилы самоубийц - тем более. Я могу рассказать
случаи...
- Нет, ты лучше другое объясни. Вы ведь были с Бруно любовниками, да?
Сашка смущенно улыбнулся, и на щеках появился румянец.
- Правильно, дурак я, зачем спрашиваю, - грубо сказал Родион. - С какой бы
тогда стати ты забрался ко мне на диван, приняв за Бруно?
У маленького сыщика от удивления открылся рот.
- Вот видишь, - Родион хмуро посмотрел на него. - Так я и до собачки Тузика
докачусь, - потом снова обратился к юноше. - Твой брат об этом знал? Он не
собирался набить Бруно морду за то, что тот делает из тебя педераста?
- Может, догадывался, - Сашка кивнул. - Но он никогда не встречался с
Бруно. - И потом, я не педераст, а транссексуал.
- Как это - никогда не встречался? А маленький совместный бизнес
маринованными огурчиками?
Сыщик хотел было переспросить Родиона, что он имеет ввиду под огурчиками,
но передумал.
- Все делалось через меня, - сообщил юноша.
- Похоже, оба они тебе здорово доверяли, - заметил сыщик.
- Но ты утверждал, что твой брат никогда не пьет с посторонними, - Родион
махнул рукой на мужичка, чтобы он не встревал.
- Ни при каких обстоятельствах. - Сашка кивнул. - Потому что дурной
становится. Может все разболтать, а может так обидеться, что в драку полезет.
- Но на столе я видел пустую бутылку из-под водки. Стал бы твой брат пить с
Бруно, которого, как ты утверждаешь, знал заочно?
- Никогда, - убежденно сказал Сашка.
- А какие в этом городе у него друзья-приятели?
- Ну, есть, с которыми он в преферанс по выходным играет... Один молодой
человек, он медбратом в больнице... И я, конечно. Я - его самый близкий друг, -
произнес Сашка с горячностью, и тут же сник и поправился. - Был его самым
близким другом.
- А с кем из всех он мог бы распить бутылку водки?
- При мне он иногда выпивал, - произнес юноша.
- А кроме тебя?
- Нет... - Сашка покачал головой. - Говорю же, дома пропустит
рюмочку-другую. Единственный раз он напился на людях, это когда мы гостили в
Москве. Валентин Семенович имеет какое-то влияние на моего брата. Наверное, еще
с тех времен, когда они дружили детьми.
- Такое бывает, - как всегда авторитетно заявил маленький сыщик.
- Значит, завтра в восемь жду вас обоих на кладбище, - Родион посмотрел на
часы.
- А ты куда торопишься?
- Успею съездить в Москву и вернуться обратно.
- Зачем? - насторожился сыщик.
- Утюг забыл выключить. - Врет он все, - ни к кому не обращаясь произнес
сыщик, глядя на удаляющуюся фигуру. - Поди и не знает, какой стороной гладить.
- Все идет, как надо? - Сашка был на голову выше, и потому наклонился,
чтобы заглянуть ему в глаза. - Ты ведь доволен мною, милый Бруно?
- Цыц, блядище, - сказал мужичонка. - Я - частный сыщик Юрасов. Спутаешь с
кем другим - удавлю.
Дома Родион никого не застал, только грязной посуды на кухне прибавилось.
- Могла бы и сама помыть, - произнес он, засучив рукава и поминая при этом
Светлану недобрым словом.
Когда количество грязных тарелок стало ниже критической нормы, он выключил
воду и, осторожно достав сигарету мокрыми руками, закурил. Затем пересчитал
посуду, загибая пальцы.
- Ужинала - раз. завтракала - два, - бормотал он. А вот с кем пила кофе и
французский коньяк?
Красивая, но пустая бутылка стояла на подоконнике. Родион даже открыл ее и
потряс, надеясь, что хотя бы немного осталось на донышке.
- Неблагодарные паразиты, - наконец, констатировал он.
А через час стоял у дверей квартиры по улице Жолтовского.
Сначала протянул руку к кнопке звонка, но, поддавшись непонятному
предчувствию, передумал и толкнул дверь.
Дверь оказалась незапертая.
Родион посмотрел на то место, куда он поставил сумку с вещами покойного.
Сумки не было.
Приоткрыл дверь в первую комнату - никого. В следующую - опять пусто.
Вдруг - дзинь-дзинь-дзинь... Словно кто-то с колокольчиком пробежал за
спиной.
Родион резко обернулся, но дверь захлопнулась прямо перед его носом.
Квартира была нелепая, с многими дверями и длинным извилистым коридором, да
еще владельцы жилплощади, похоже, чрезмерно увлеклись перепланировкой. В
комнате, где находился Родион, было три двери, и он не представлял, куда
попадет, если пройдет через одну из них - в соседнюю, на кухню, или обратно
коридор. Он ведь кроме спальни в этой квартире нигде не был. Разве что в ванной
комнате.
Было слышно, как кто-то легкими шагами продвигается по этому лабиринту.
Родион рванулся на звук, но пути распахивая все двери. Но когда он оказался
в дальней комнате, то понял, что загадочный колокольчик звонит уже где-то в
другом конце квартиры.
- Ну, погоди, - пригрозил Род и спрятался в углу за креслом.
"Дзинь-дзинь, дзинь-дзинь", - трезвонил колокольчиком человек, игравший с
ним в прятки. Потом уже - робко: "Дзинь..." И наступила тишина.
Родион прождал в укрытии минут пять, прежде чем услышал, как отворилась
дверь в комнату, где он прятался.
Шаркнула подошва. Человек нерешительно стоял на пороге. Родион осторожно
выглянул из укрытия. И увидел фигуру, закутанную в белый балахон. В руках фигура
держала маленький валдайский колокольчик - Попался! - заорал Род, рванувшись
вперед и опрокидывая кресло.
Грохот поднялся ужасный. От неожиданности фигура подпрыгнула на месте,
простыня, укутывающая тело, упала, а колокольчик покатился по полу.
- Придурок, - чуть не плача застонал Ангел. - Так и кондрашка хватить
может.
- Не я затеял эту дурацкую игру в прятки, - напомнил Родион.
- Просто я увидел из окна, как ты идешь к подъезду, и решил разыграть.
- Интересно, а что ты делаешь в чужой квартире?
- В чужой? - возмутился Ангел. - Да не далее как сегодня утром я стал ее
полновластным владельцем. Как вернулся - позвонил тебе. А там эта женщина.
Рассказала, что вы познакомились, когда ты подыскивал мне квартиру по
объявлению. Ну, Род, ты ходок, скажу тебе. Завидую. Впрочем, я тебе спасибо
сказать должен.
- Не стоит, - отрезал Род.
- Не волнуйся, - Ангел улыбнулся. - Она мне все рассказала.
- Чего она тебе рассказал? - раздражение у Родиона нарастало.
- Про ваш роман. Но у меня с ней чисто деловые отношения, поверь. Хотя...
хотя бы я не отказался поменяться с тобой местами... Шучу, шучу, - Ангел весело
замахал рукой.
- Ты все-таки купил эту квартиру, - Род взял себя в руки и старался
говорить спокойно.
- Прямо с утра поехали к нотариусу. Нельзя было терять ни минуты. За такую
цену покупатели в очередь выстроятся... Полсотни я сэкономил, как минимум.
Взамен Светлана попросила немного подождать, пока она не вывезет мебель. Недели
две. А дальше - жду на новоселье.
- Я не очень уверен насчет новоселья.
- Почему?
- Она тебя обманула.
- Обманула? - Ангел выглядел растерянным.
- Не пойму еще, каким образом, но обманула наверняка. Эта женщина
достаточно высокого о себе мнения, чтобы продешевить... Будь то в постели или
при продаже квартиры.
- Перестань. Договор смотрел юрист, там каждая запятая на месте. После
смерти мужа квартира принадлежит ей одной, и Светлана имела полное право ее
продать, а я - купить.
- Кстати, а кто угощал коньяком, который вы распили у меня на кухне?
- Светлана... Ну и что такого?
- И коньяком она не станет угощать за просто так. А когда вы пили - до или
после того, как тебе всучили квартиру?
- Я как раз заехал... За кофе с коньяком мы и обсудили все деловые
вопросы... Не волнуйся, юрист-то был трезвый.
- И на том спасибо, а то пришлось бы мыть лишнюю посуду.
- Я не понимаю, старик, чего ты злишься? Кстати, Светлана сказала, что тебе
надо выплатить процент от сделки, но я полагал, что между друзьями...
- Значит, Светлана решила мне еще и заплатить? - Конечно, она. Не мог же я
так обидеть друга, предложив деньги за небольшую услугу, которую он мне оказал?
- искренне сообщил Ангел.
- Вряд ли это можно назвать услугой.
- Может, объяснишь толком?
- А если мужа этой женщины убили?
- Какая разница? - удивился Ангел. - Какое отношение это к квартире имеет?
- Если выяснится, что убили, жена попадает в число подозреваемых. После
того, как она продала все это, - Род похлопал ладонью по стене, - вырисовывается
мотив. Мотив размером в сто пятьдесят... О какой сумме вы там сговорились?
Следователь, а я с ним уже знаком, очень удивится, когда узнает, что квартира
досталась тебе так дешево.
- Какая разница, - повторил Ангел, - убили или нет? Все равно, после его
смерти, жена - единственная наследница... А какие у тебя основания считать, что
бедняге помогли проститься с жизнью? - он уже не выглядел таким беззаботным, как
несколько минут назад. - Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь это раскопал, а
потом в газетах подняли скандал.
Родион рассказал.
- Уверен, что это все-таки было самоубийство, - авторитетно сказал Ангел. -
И могу доказать.
- Что, свечку держал? Или веревку намыливал?
- Ты просто никогда не общался с колдунами.
- Зато с ведьмами довольно часто.
- Поехали, - решительно предложил Ангел. - Познакомлю тебя с мужиком,
который все про них знает. Дверь в квартиру, расположенную в типовом панельном
доме, открыл невысокий коренастый брюнет.
- Знакомься, - сказал Ангел, - один из великих колдунов нашего времени.
Брюнет усмехнулся и протянул Родиону руку:
- Только не говорите, что вашему другу нужно любовное зелье, - сказал
колдун, обращаясь к Ангелу. - С этим у него все в порядке.
- Моему другу нужна консультация. Может ли специалист, такой, как вы,
заставить кого-нибудь покончить жизнь самоубийством?
- Для этого не обязательно быть специалистом, - колдун снова улыбнулся.
- А вам известен Бруно Ковальский? - спросил Родион.
- Бруно Ковальский? - переспросил он. - Кого-то угораздило с ним связаться?
- Кажется, вы о нем невысокого мнения.
- Проходимец, - отрезал колдун.
- Но он мог кого-нибудь заставить повеситься?
- И не однажды, - колдун покачал головой. - А кто на этот раз?
- Подождите, - Родион поднял вверх руки, как будто сдается.
- растолкуйте мне, дураку, как нормального человека можно заставить свести
счеты с жизнью. Или это профессиональный секрет?
- Это - профессиональный секрет, покачал головой колдун. - Но я могу вам
показать, как то же самое сделает непрофессионал.
Пройдемте в комнату.
Они сели за круглый дубовый стол. Колдун поставил перед каждым по чашечке
кофе. Кофе был натуральный, густой, сладкий и ароматный.
Хозяин квартиры опустил жалюзи и еще задернул шторы, так что стало
абсолютно темно. Род ждал - вот сейчас он зажжет сколько-нибудь свечей, начнет
бормотать заклинания и чертить магические фигуры, и заранее сожалел, что,
поддавшись на уговоры Ангела, приехал сюда.
Однако колдун включил обыкновенную настольную лампу довольно неприятного
тревожного бледно-розового цвета.
- Пейте, пейте кофе, - предложил он.
- С коньяком? - поинтересовался Род, почувствовав через некоторое время,
как от первого глотка немного закружилась голова.
- С настойкой. На разных травах. Нравится?
- Не очень. - признался Род. - Я предпочел бы с коньяком.
- Много пьете?
- Пью. Сколько захочется.
- Правильно, - кивнул колдун. - Какой смысл - прожить еще десять, двадцать
или тридцать лет. Вам ведь около сорока?
- Где-то около, - вздохнул Родион.
То ли этот полумрак, чуть разбавленный неприятным розовым светом, то ли
странный привкус кофе, а, может, во всем виноваты события последних дней, но у
Родиона начало портиться настроение.
- Сорок лет - критический возраст, - мягко сказал колдун. - Год, два, три -
и захочется подводить итоги. Раньше ведь казалось, вся жизнь впереди, и
обязательно станешь счастливым. А после сорока чувствуешь, что остаток жизни
проведешь с тем, что есть.
- Да я не жалуюсь, - Род собирался промолчать, но как-то само вырвалось. -
Живу, как живется.
- Конечно, - согласился колдун. - День прошел - и ладно. Все равно ведь
ничего не изменится. Вы никогда не станете великим человеком, и даже знаменитым
мерзавцем тоже не станете. Не набьете морду Шварценегеру и не трахнете Клавдию
Шиффер.
- Да нужна мне эта фригидная сучка, - не очень уверено сказал Родион.
Разговор становился ему неприятен.
- Семьи нет, детей нет. - продолжал колдун, поймав, словно радаром, взгляд
Родиона. - Видели этих одиноких беспомощных стариков, которые бредут по улицам?
Никому они не нужны, да и интересы дальше телевизора и районной поликлиники не
распространяются...
- Да пошел ты, - резко оборвал его Родион.
Наверное, потому, что колдун озвучивал сейчас те мысли, которые Род всегда
старался от себя гнать.
- И начнутся болезни, - колдун словно не услышал его реплики. - В
определенном возрасте от них никуда не деться...
- Да пошел ты, - чуть тише повторил Родион.
И вдруг понял, что дальнейшая жизнь и впрямь не имеет такого смысла, как
ему казалось еще несколько минут назад. Что его ждет? Если бы сейчас этот колдун
принялся убеждать Рода в существовании загробной жизни, радостной и интересной,
он бы, кто знает, и поверил бы...
- Сигарету? - предложил колдун и протянул портсигар из свиной кожи.
Внутри были самокрутки.
- Тоже из травок? - спросил Ангел.
По его голосу выходило, что и у Ангела настроение испортилось.
Колдун подтвердил.
Некоторое время все трое молча курили.
- А с другой стороны, - колдун встал, отдернул шторы и поднял жалюзи.
Солнечный свет ворвался в комнату, - Никто не вечен. А каждый день обещает
столько нового и интересного! Даже просто вот сейчас пойти к ближайшему ларьку,
взять пива и пакет фисташек, и, греясь на солнышке...
- Этим, пожалуй, стоит заняться, - Родион резко поднялся.
- Возьмите меня в компанию, - попросил колдун.
Они проболтали ни о чем с полчаса, выпили по две бутылки пива, когда Родион
понял, что плохое настроение исчезло без следа.
Хотя, может, какой-то след и остался, но сейчас не хотелось об этом думать.
- Что это вы со мной вытворяли? - спросил Род у колдуна. - Подмешали в кофе
наркотик?
- Настроение человека зависит от биохимических процессов в организме.
Полистайте какой-нибудь медицинский справочник, и найдите, что то или иное
лекарство вызывает угнетенное состояние. Не говорю уже о психотропных
препаратах. Добавьте к этому психологическую обработку, и из эпикурейца можно
сделать издерганного неврастеника.
- И никакого колдовства?
- Любое запретное знание является колдовством. Пока алхимики творили в
подземельях, их считали магами. Как только подобные опыты стали проводиться на
лабораторных занятиях в средних школах, оказалось - банальная и скучная
процедура.
- Для колдуна вы достаточно пренебрежительно обо всем отзываетесь.
- То, о чем я рассказал - не колдовство. Это обыкновенное мошенничество,
только у вас воруют не кошелек, а настроение. Этим и занимается Бруно
Ковальский, про которого вы спрашивали.
- Шарлатан, - резюмировал Ангел.
- Он пользуется тем, что люди идут к колдуну, когда на душе неспокойно.
Благополучным людям, если хочется чуда, достаточно фокусника, - пояснил колдун.
- Доведение до самоубийства, - хмуро сообщил Родион обоим собеседникам. -
Слышал, есть такая статья в Уголовном Кодексе.
Агентство, где работает частный сыщик Юрасов, располагалось в подвале
жилого дома. Две железные двери с глазком телекамеры, узкий коридор, посередине
которого сидел охранник с дробовиком на коленях - все это должно было произвести
впечатление на случайного посетителя.
Охранник долго изучал удостоверение, которое протянул ему Родион, а потом
проверил, нет ли у него с собой оружия. Нож пришлось выложить. Наконец, проводил
к руководителю агентства.
Высокий полный мужчина с мефистофельской бородкой восседал за канцелярским
столом в комнате без окон.
Стены были обшиты вагонкой.
- Рад, - сказал руководитель, протягивая Родиону ладонь размером с совковую
лопату. - Но ведь ваша фирма в основном занимается охраной, а не розыском? - он
вслед за охранником внимательно изучил удостоверение Родиона.
- Иногда приходится проводить расследование.
- Что ж, - крупный мужик достал из ящика стола несколько подшитых листков
бумаги, - можете ознакомиться с расценками.
- Дело в том, что наше расследование определенным образом пересеклось с
работой одного из сотрудников вашей фирмы. - Родион отодвинул прайс-листы. - Вот
я и решил - будет лучше обменяться информацией, чем наступать друг другу на
пятки.
- Вы приняли верное решение, - подтвердил руководитель агентства,
разочаровано убирая расценки обратно в ящик.
- Я выясняю подробности смерти одного гражданина. Пред
...Закладка в соц.сетях
